Мы православные или христиане?
11.05.2017
2394 просмотра
Авторы "Меньше ада"
 
На мою статью «Благочестивое уныние» предсказуемо многие обиделись. Я рад, что люди защищают то, что им дорого, это похвально и заслуживает уважения. Только борются они не с тем. Потому что я как раз не нападаю, а с горечью констатирую наши недостатки. Пользуясь любезно предоставленной возможностью, попробую сделать это еще раз и заодно объяснить, как, на мой скромный взгляд, их можно попробовать начать преодолевать.
 
Одно из замечаний звучало так: «Нет у нас привычного уныния. В храме, да, все серьёзные. А почему там улыбаться надо? Но по жизни, нет, нормальные все люди». Друзья, так ведь это еще хуже! Значит, в обычной повседневности мы жизнерадостны, для друзей и близких мы приберегаем самые лучшие эмоции и растрачиваем их «по жизни», а в воскресенье в храм приходим с напускным сосредоточением и всю службу стоим с постными лицами. Какой-нибудь захожанин открывает дверь храма, и что он видит: много людей с как на подбор расстроенными физиономиями, словно болванчики, совершают механические движения, священник машет кадилом непонятно зачем. А потом они выходят на улицу, и чем они отличаются от него, захожанина, ему совершенно не ясно. И ведь это я еще не упоминаю о бабушках. Ох уж эти бабушки! В нашем храме есть одна такая, которая орлиным взором следит за тем, чтобы не нарушалась последовательность подхода к Чаше: сначала дети, потом мужчины, ну а затем женщины. И не дай Бог как-то иначе. В лучшем случае получишь по рукам. И я недоумеваю, почему настоятель это не пресечёт. К чему я все это?
 
Мне грустно, что такие авторитетные миссионеры, как Андрей Десницкий и отец Андрей Кураев, говорят, что между православием и христианством уже давно пора перестать ставить знак равенства. Сначала меня это шокировало, а теперь я и сам думаю: а ведь они правы. Что я вижу, открывая православные даже не благочестивые сайты, а хотя бы паблики? В лучшем случае это советы старцев, причем абсолютно вырванные из контекста цитаты. Я всё никак по собственной лени не осуществлю один эксперимент: взять какую-нибудь фразу святого из очередного поста и посмотреть, когда и по какому поводу он ее сказал. Уверен, окажется, что это был либо частный совет, либо действительно СОВЕТ, а не наказ.
 
Девушкам рекомендуется абсолютно раствориться в своей второй половинке, подобно даосистам в дао, ссылаются при этом на апостола Павла и на его завет повиноваться мужьям во всем. Советы того же Павла мужчинам о том, как обращаться со своими женами, благочестиво замалчиваются. И вроде как в виртуальном пространстве все эти правила игры приняли. А в реальном? Ответьте, положа, как я люблю шутить, ногу на сердце: вам, девушки, нравятся такие взаимоотношения? А вам, парни? Да вы от таких кисейных барышень сами на второй (хорошо, на третий) день сбежите к какой-нибудь нормальной красотке. Потому что быстро устанете от этой игры в благочестие. Мнимое напускное благочестие.
 
Не так давно я познакомился с таким диковинным зверем, как православная девушка. Зверь оказался не таким уж редким по нынешним временам, но вовсе не вписывающимся в те шаблоны, которые ему (ей) усиленно пытаются навязать благочестивые батюшки. Слава Богу, не пьет, не курит, но одевается не затрапезно, любит сладкое и вообще (о ужас!) улыбается. С ней было интересно, мне даже казалось, что говорить часто о вере ей быстро надоест, но оказалось, что для нее это одна из фундаментальных тем и я даже МАЛО говорил о ней. Так что еще один разрыв шаблона налицо.
 
В прошлый раз мною был поднят вопрос: а почему мы такие унылые? Ведь изначально христианство этого не предполагало. Апостол Павел призывал радоваться. Я уж не говорю о Христе. Сами Заповеди блаженства чрезвычайно парадоксальны: они повелевают быть оптимистичными тем, кто в сущности находится на обочине жизни. И если смотреть в корень фразы, например, «блаженны нищие», то обращает на себя внимание то, что «блаженны» не когда-то там, в веке будущем, а уже здесь и сейчас, в этой жизни. Но, глядя на сегодняшних православных, этого сказать нельзя. Люди в комментариях писали что-то из серии «А вы попробуйте в воскресенье прийти на службу, когда за спиной рабочая неделя, укладывание маленьких детей спать и прочие домашние обязанности». Но ведь одинокие бабушки и молодые студенты не укладывают маленьких детей спать и готовят явно не так много, а лица у них тоже далеко не веселые. Я не дам готовых ответов, но, может быть, дело в том, что служба ведется на непонятном церковнославянском языке и миряне оказываются из нее выключенными?
 
Сколько раз я, вроде бы прекрасно понимая, о чем поют на клиросе или что сейчас проговаривает священник, совершенно не чувствовал сердечного отклика. Вроде бы ты и в храме, а мыслями уже дома или где-то еще. Не хочется тебе здесь быть. Бормочут что-то рядом с тобой, ну и пусть бормочут. Некоторые сейчас бы сказали, что батюшки так тарабанят, потому что уже привыкли и относятся к этому как к работе. Дело не в этом. Мы не знаем, кто как к чему относится. Но было бы гораздо лучше, если бы была практика служения не только на ЦСЯ, но и на русском. А каждый бы выбирал себе приход по своему усмотрению. По-моему, вполне можно уныть, когда стоишь и мало что понимаешь из слышимого.
 
«Что вы, – уверяли меня в комментариях, – православие призывает к внутренней радости! Ни к чему эта демонстрация чувств верующих в храмах!» Во-первых, зачем мы тогда демонстрируем, как они оскорбляются, например, фильмом «Матильда» или новосибирскими спектаклями? А во-вторых, «от избытка сердца говорят уста». Если мы внутри себя примирились с Богом, то почему нужно это скрывать? Разве не к проповеди призван каждый из нас? Как мы можем привести людей в Церковь, если демонстрируем самые неблагоприятные ее стороны? Чем мы можем заинтересовать человека? Бесконечными постами, поклонами, длинными службами. И нам вполне могут задать вопрос: «А зачем это всё? Для чего? Где здесь Бог?» А правда, где?
   
Еще одна больная для меня тема – православие и психология. Я о ней немножко в прошлый раз говорил, но сейчас хочется подробнее. У меня хороший слух, да и женщины не умеют говорит шепотом, поэтому хочешь не хочешь, но иногда слышишь, что они рассказывают батюшкам на исповеди. Например: «Меня мучают навязчивые мысли. Богохульные. Я не знаю, что делать». Вот какой совет традиционно может дать батюшка? Причем из самых лучших побуждений, здесь никаких претензий быть не может. Нет, нет, не тот, что вы подумали: «молись, постись и слушай радио "Радонеж"». Но где-то близко: «Читай сорок акафистов в день и клади поклон». Ой, простите: «Клади сорок поклонов в день и читай акафист». Суть, в общем, одна и та же. А по сути-то у женщины самое натуральное ОКР – обсессивно-компульсивное расстройство. И метод избавления от них несколько иной, чем советуют святые отцы, хотя нечто общее все-таки просматривается.
 
По-хорошему, нашим священникам катастрофически не хватает психологического образования. Сейчас, к счастью, ситуация начинает исправляться. В семинариях стали преподавать психологию, в православных университетах есть целые психологические кафедры. Не знаю, насколько углубленно ведутся эти занятия, но это уже огромный шаг вперед. Пока что я знаю одного священника, который прекрасно сочетает пастырство с практической психологией, постоянно повышает свои знания в обеих областях и вообще непрестанно самосовершенствуется, – протоиерей Константин Пархоменко. Поскольку Церковь осуждает клонирование, буду очень надеяться, что таких образованных священников будет становиться больше.
 
Ну и под конец моя любимая тема – о католиках и протестантах. Та предыдущая статья была опубликована на католическом портале, и меня спрашивали: «Зачем ты пишешь для католиков? Они же это… Ну ты сам должен понимать!» Ребят, апостол Павел не понял бы наших различий!
 
Был период, когда ариане считались православными, а православные были маргинальной группой, не поддерживаемой даже кесарем (что, по нынешним временам, звучит несколько экзотично). Да, я не разделяю многих католических догматов, собственно поэтому я и в православии, но я считаю, что брезгливо смотреть в их сторону –  это абсолютно не по-христиански. Думаю, Господь Сам разберется, кто Ему ближе.
 
Если попытаться обобщить этот хаотичный поток мыслей, то я думаю, что, в принципе, ситуация не катастрофична. Верующих, которые пришли в Церковь во времена СССР, уже не изменишь, но, к счастью, молодые христиане более адекватны. Они готовы к диалогу с представителями других конфессий, они менее узколобы. И они понимают, что в наше время нужно вырабатывать новые аргументы для обоснования того, почему следует быть осторожнее с восточными практиками, почему не приемлем секс до брака и зачем нужно ходить в церковь. А раз так, значит, православие живо, и именно этим оно мне так интересно!

Сергей Быструшкин