НОВОЕ ПЛАТЬЕ КОРОЛЯ
28.06.2017
1263 просмотра
Артём Перлик

В 2017 году исполняется 180 лет со дня выхода андерсоновской сказки «Новое платье короля». Маленькая сказка вышла из типографии 7 апреля 1837 года, на Благовещенье, и на самом деле оказалась вестью для мира ложных человеческих отношений. По сюжету обманщики говорят королю, что шьют для него особенное платье, которое не может увидеть тот, кто глуп или занимает в мире не своё место. Король и придворные делают вид, что одежда прекрасна, и продолжают церемонию, и только какой-то ребёнок кричит, что король голый. И хотя платье было выдумано мошенниками, эффект его был настоящим – и оно являло, что все сановные государственные мужи, все чиновники, свита и сам король занимают в этом мире не своё место, если сопоставить его с назначением человека на земле, как оно задумано небом. Все эти игры в богатство, знатность, положение в обществе, ранги и дипломы есть лишь повод для печального вздоха о человечестве. Античный философ Демокрит, видя эти ничего не значащие дела на фоне мировой гармонии и красоты, смеялся в голос, за что и был прозван смеющимся философом, но причину его веселья понимали немногие.

Когда слушаешь нескончаемые разговоры в гостях и троллейбусах о быте, пенсиях, зарплатах и товарах, то становится просто невыносимо, и не можешь назвать услышанное иначе, как «пустые тяготы мёртвой души».

В «Дао де Дзин» сказано: «Сильное и могущественное не имеют того преимущества, которое имеют нежное и слабое». Потому что Бог есть Господь не могучих и слабых, и Он противится всем гордым, сильным и злым.

Кроткий смеет говорить правду. Внешне он может показаться бессильным, как смешной и чудаковатый сказочник Андерсен. Но всё же – «Слабые побеждают сильных». Доброта в нашем мире кажется слабостью, и её можно обидеть, но лишь она имеет награду от Бога кротких.

Но люди так привыкли жить внешним и посторонним вечности, что им требуются некие очки для зрения, чтобы разглядеть, что же в этом мире по-настоящему драгоценно. Такими очками может быть всякая вещь, несущая небесную красоту: равнина, деревья, улыбка близкого человека, молитва. И, конечно, высокая литература в соединении с красотой жизни того, в чьих строках живёт вечный свет.

Почему образ чудака Андерсена столь притягателен для добрых людей? Потому что доброму человеку естественно тянуться ко всему райскому и ценить подлинность с красотой, которые всегда совершаются так, что вызывают насмешки у всех, кто силён и посторонен к сути.

В «Дао де Дзин» сказано: «Ущербное становится совершенным» и «Великое совершенство похоже на несовершенство». И в святости, и в высотах творчества человек идёт туда, куда его ведёт Дух Святой, а это «для иудеев – скандал (σκανδαλον), а для эллинов – безумие» (1 Кор. 1:23), то есть – явление благодати в живом человеке ужасает и людей формы, и умников, которые негодуют, что Господь дарит свой свет не тем, кто имеет дипломы и ранги.

Шла богословская конференция из тех, где учёным языком прикрывают отсутствие опыта и огня. Темы докладов были посвящены христианской любви, но читались нудно и с обилием учёных слов. Что-то вроде: «выявляем субстанциональный предикат» или «дискурсивность паламизма». Тогда один из участвовавших в выступлении служителей церкви послал своей милой супруге смс с текстом из Гейне:

Тебя за столом не хватало,
А ты бы, мой милый друг,
Верней о любви рассказала,
Чем весь этот избранный круг.

И мы, узнав об этом, подумали, что этот случай и был лучшим и единственно настоящим докладом на конференции, хотя и прозвучал он не для всех, а для одних только любящих жены с мужем.

Идти путём внешности и формы – легко, и за это платят. Но для того Господь и придумал мужество кротких, геройство наоборот, чтобы внешне слабые люди могли сказать всему незначимому: «Не важно» – и знали, что их решению и слову улыбаются ангелы.

У Сей-Сёнагон есть рассказ о неком принце, которого все считают глупым, но на самом деле он мудр мудростью неба, только никто не желает это признать, потому что мудрость его связана с добротой. А умникам и людям формы особенно страшно знать, что несмотря на все их дипломы и ранги в мире всё же живут и те, «кто щедро наделён талантами, да в придачу доброй душой».

Ещё Лао Цзы предвидел то, что потом в полноте явил на земле Христос: благодатное исполнение небесного закона всегда кажется людям формы ужасающим беззаконием, настолько страшат их красота и свобода Духа.

Юрий Лотман пишет: «Пушкин, не мысливший жизни без чувства собственного достоинства, вызывал раздражение у людей, не имевших достоинства, или утративших его в различных компромиссах с совестью». Это достоинство есть ещё и ощущение важности своего дела, которое тебе поручено Богом и для которого тебе дана благодать. И со времён Каина и Сократа так повелось, что чья-то подлинность Духа вызывает ярость у всех умников, эгоистов и людей формы, которые отказались от настоящести ради того, чтобы поудобней устроиться в мире ложных человеческих отношений.

И об этом есть удивительная песня барда Олега Медведева «Идиотский марш», со сложным образным рядом, как и все его песни, и она вовсе не о войне земных армий (о чём сюжет), но о том, что все настоящие, высокие и прекрасные, все, кто тут был и будет солью земли, все они в этом мире – последние, незначимые, несерьёзные и смешные в своём крестовом походе добра. Таковы эти последние в глазах солидных, взрослых, богатых и сильных. Тех, о ком Роберт Бернс писал:

Ни в райский сад
Ни в вражий ад
Не веруют они.

И это последнее для всех светлых место было бы общей печалью ангелов, если бы не сокровенное небесное знание, что «последние будут первыми» и уже таковы, потому что ценность на земле имеет только то, что на земле с неба.

И о медалях, орденах ты помышлять не моги.
Всего награды — только знать наперёд,
Что по весне споткнётся кто-то о твои сапоги
И идиотский твой штандарт подберёт.

За «настоящесть» не выдают дипломов, знаков отличия и орденов, и доброта ходит по земле без справки о том, насколько она драгоценна. Но и все фарисеи с умниками и эгоистами не могут убить память о том, что существовала и существует подлинность. И как сказано в легенде о короле Артуре: «Память о подвиге родит новый подвиг».

Так кто-то из нас «споткнётся» о Льюиса, кто-то о Толкиена, о Трауберг, о Честертона или Антония Сурожского. И, подобрав их флаг служения подлинности, небу и красоте, пойдёт дальше, чтобы пройти этот самый важный путь самому и осветить дорогу другим. Тогда и ему люди формы никогда не выдадут никакую справку, но зато он будет настигнут радостью.