Жестокое Евангелие
27.02.2014
7440 просмотров
Дарья Косинцева

Евангелие – ужасная, жестокая, немилосердная книга. Каждый раз, когда я прочитываю несколько страниц, я чувствую себя так, как будто из меня вытаскивают без обезболивания осколки гранаты. Я страдаю, я плачу и смеюсь, мне хочется прыгать, орать и биться головой об стенку. Я не понимаю, как эту книгу можно читать изо дня в день, изучая ее благочестиво и спокойно, и даже заучивать и цитировать. Я подозреваю, что не все чувствуют то же самое, когда читают Евангелие. Потому что если бы каждый, кто читает Евангелие по полчаса в день, чувствовал бы при этом то же самое, то мир, вероятно, вскоре стал бы совсем другим.

Потому что я в эти моменты чувствую, что так жить нельзя. Каждая притча обличает МЕНЯ, именно меня: не какого-то люмпен-пролетария с матом через слово и беспорядочной половой жизнью, а меня – милую интеллигентную няшку с хорошей зарплатой и творческой работой, чуть-чуть при этом христианку. Потому что вся эта книга о том, что с Богом нельзя быть чуть-чуть, хотя очень хочется.

Как хочется комфортного и рукопожатного христианства для среднего класса, с социально-ответственным бизнесом, с кофейнями, евроремонтом и чизкейками! Хочется так, что это стало основной темой всех наших бесед в Москве: быть успешным и сытым, радуя родственников и привлекая людей к христианству своей успешностью, или «бросаться в омут с головой»? Конечно, так неохота бросаться...

Каждый вечер я пишу что-то проникновенное про веру, и каждое утро сатана водит меня на холмик и говорит: «Тебе дам власть над всеми сими царствами и славу их, и должность и зарплату, ибо она предана мне, и я, кому хочу, даю её; итак, если Ты поклонишься мне, то всё будет Твоё: будешь старшим специалистом по связям с общественностью "Газпрома", будет у тебя трешка в Москве и дом в Майями, будет фитнес и фуагра, Дольче и Габбана». И я говорю: «Но я при этом буду показывать хороший пример и буду стараться быть христианкой и в "Газпроме", рукопожатной и успешной христианкой без всякого там треша и угара, убожества и съемных квартир». И сатана отвечает: «Конечно, конечно, так все и будет, моя хорошая».

Но я открываю эту ужасную Библию, и чем дольше я читаю:

(Лк. 16). «Никакой слуга не может служить двум господам, ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить, или одному будет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и маммоне».

Аааа, нет, ну пожалуйста, нееееет... Может, все-таки можем, а? Ну хорошо, я согласна, сейчас вот только, подзаработаю денег, куплю квартиру, машину, сделаю приличный счет в банке. Я вообще-то только за, но вот конкретно сейчас все это так не вовремя...

(Лк. 17). «И когда наступило время ужина, послал раба своего сказать званым: "Идите, ибо уже всё готово". И начали все, как бы сговорившись, извиняться. Первый сказал ему: 

— Я купил землю и мне нужно пойти посмотреть её; прошу тебя, извини меня.

Другой сказал:
— Я купил пять пар волов и иду испытать их; прошу тебя, извини меня. 

Третий сказал:
— Я женился и потому не могу придти.

И, возвратившись, раб тот донёс о сем господину своему. Тогда, разгневавшись, хозяин дома сказал рабу своему:
— Пойди скорее по улицам и переулкам города и приведи сюда нищих, увечных, хромых и слепых».

Ну зачем, зачем так жестко меня троллить? Я же хорошая и добрая, и даже люблю Евангелие. Не могу же я вот так все бросить! Опять же, мама сильно расстроится...

(Лк. 14) «С Ним шло множество народа; и Он, обратившись, сказал им: если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником;... Так всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником. Соль – добрая вещь; но если соль потеряет силу, чем исправить ее? Ни в землю, ни в навоз не годится; вон выбрасывают ее. Кто имеет уши слышать, да слышит!»

Я слышу, о ужас, я слышу! :( Не надо мне еще притчу о Лазаре... 

Горе мне, что Бог есть. Он видит меня так ясно и говорит мне так откровенно, что хочется заткнуть уши.