Выделяться из толпы – грешновато?
04.10.2017
1092 просмотра
Найдено в Интернетах

Автор: Юлия Кулакова

Было время, когда я читала проповеди духовника одной обители. Но однажды – прекратила. И вот почему. Человек рассуждал об оригинальности. Но почему-то смешал в одну коробку оригинальность и тщеславно-корыстное оригинальничание. И вышло у него, что оригинальность – это тягчайший грех. Что если человек вдруг заметил, что он чем-то выделяется, – срочно это следует устранить и бежать на исповедь. Ты не имеешь права быть «не таким, как все», хоть чем-то нечаянно привлекать внимание, это твоя вина, и христианин не имеет никакого права хоть чем-то быть иным…

Да, на этом я закрыла страничку навсегда. Потому что Господь создал нас не клонами из «Звездных войн», а совершенно уникальными. И Он нас не строит и не равняет: Он стоит у двери и стучит, прекрасно зная, что нам даже до этой двери еще ковылять и ковылять, причем каждый будет ковылять своим путем и со своей скоростью, отвлекаясь каждый на свои препятствия. Потому что Господь есть «начальник и виновник» (в старинном значении, разумеется) и красоты, святые отцы древности это понимали прекрасно, поэтому и сборник их речений не мог называться иначе как добрОто-любие, любовь к красоте, и в каждом заложен отблеск Божественной красоты – но каждый по-своему отражает этот свет. У каждого своё количество талантов от Господа, и они разные, разные у каждого и условия жизни, и времена, неизменен только Свет Божий, отражающийся – и играющий всеми красками, а не светящий тусклыми фонариками одного цвета. «Звезда от звезды разнится в славе», и так будет, разными будут и наши обители в Царстве Небесном. Оригинальность – это по сути и есть живая жизнь. Господь распялся за каждого, зная именно его пути и возможности. Кто-то некогда стал первым монахом, первым юродивым ради Христа, первым отшельником. Святая Нина, девица, отрезала косы, связав ими Крест, и так пошла проповедовать язычникам. Святая Ермиония обучилась врачебному искусству. Преподобная Мария из Вифинии, переодевшись мужчиной, поступила в мужской монастырь. Сказал ли им Господь «а ну не выставляйся»? Если на то пошло, то любой из первых христиан «соригинальничал» и «выделился» из окружающих. И привлек к себе внимание. Особенно тогда, когда его рвали на арене дикие звери.

«Не выставляйся» – это пережиток именно язычества. Сделать что-то не так, как остальное племя, означало нарушение «единого механизма» вроде бы безопасного уклада жизни, и чужака, по этой логике, или ведущего себя как чужак следовало устранить. Специалисты подскажут мне: помимо инициации и становления взрослым членом племени предположительно существовала и другая инициация, лет в семь. Там ребенок должен был отвечать на вопросы, не всегда имевшие смысл, главное было – ответить так, как все. Так, как его учили. Это означало, что он – наш. Нашего племени. И может дальше оставаться нашим.

Собственно, даже то, что видится «оригинальничанием», на самом деле далеко не всегда является «яканием», происходящим от наглости и гордыни. А я бы сказала, что и вовсе редко. Пресловутые «зеленые волосы и пирсинг» у молодых? Значит – человеку чего-то не хватает. Не хватает красок – красит себе волосы. Хочется сильнее почувствовать этот мир – начинаются себя-протыкания и прочий селф-харм, от общественно в меру одобряемого пирсинга до реальных самоповреждений. Хочется дорисовать себя – в ход идет косметика и татуировки. Почему этот парень или девушка «дорисовывают себя»? Чего они хотели бы дорисовать в своей душе? Вот об этом можно говорить с ними. «Тащить и не пущать» в таких случаях – это обесценить те чувства, которые стали причиной. Даже когда проявления откровенно указывают на болезнь – нельзя просто сказать «не кашляй» или «не ври, ничего не болит». Пора отказаться от этого подлого эгоизма и услышать ближнего. А если нет на это ресурсов и сил – просто пройти мимо.

Есть тут и очень много объемлющий вопрос: а как это – как все? Если все оригинальны и неповторимы, то что может являться «каквсешным»? По большому счету – ничто.

В связи с этой проблемой мне видится интересным посмотреть и на вопрос имянаречения в наше время. Потому что первобытное «изгнать чужака» проникло и сюда. В одной книжке читаю: «Чем частотнее имя, которое вы дадите ребенку, тем больше помощи ему будет от святого». Всё, книжку можно закрывать и идти топить баню всем тиражом. Выбросили и традицию нарекать в честь святых, а не «просто именами», и святцы с их обилием имен. Лишь бы не выставлялись.

В неофитский период достаточно закономерным может оказаться ощущение, что-де главное – идти за Господом, а «как называться» – дело десятое. Однако если мы хотя бы открывали Ветхий Завет – то знаем, как относились к именам богобоязненные люди тех времен. Большое значение придавали именам и христиане первых веков. Наречение в честь святого покровителя, чтимого в семье, в честь родственника, прославленного в лике святых, – всё это имело особое значение. Даже доверие священнику или просто грамотному человеку в церкви выбрать имя ребенку из святых дня его рождения/крещения – это не «всё равно», а акт особого доверия Богу и Его воле, приведшей ребенка в мир в этот день. И наконец, вспомним святую Елисавету, мать Иоанна Предтечи. Помнится, ее очень даже уговаривали «не оригинальничать». Но святые родители следовали воле Божией. По какой-то причине не только им, но и Господу было «не всё равно», как назовут величайшего среди рожденных женами.

И, кстати, весьма обидно за «Кать и Маш», а еще более за святых Екатерин и Марий. Приятно ли святым видеть, что их именами называют не ради почитания их подвигов, а потому что их имена для кого-то оказались «неоригинальными»? Они не боялись быть «оригинальными» в своих подвигах. Каждый святой прежде всего именно оригинален. Кстати, очень болезненно отношусь, когда святителя Игнатия (Брянчанинова) обвиняют, наоборот, в «солдафонстве и уравниловке», да простит он мне эту цитату. Надо знать эту личность с совершенно неординарной судьбой, надо понимать, что в тот период, скажем так, засилия мистицизма, оккультизма и прочих модных «измов» именно его твердый курс на исключение экзальтации, дабы избежать прельщения, как раз и был очень и очень оригинальным.

А в заключение вспомню одну страшную историю, проскользнувшую как-то в новостях. Жила-была где-то под Питером женщина, которая на своем участке растила дивный сад. Красивейшие цветы, редкие растения, которые чудом прижились в этих широтах только у нее. И вот однажды она нашла свой сад разоренным. Всё было выдрано с корнем и зверски растоптано в кашу. А на заборе красовалась надпись: «Не выпендривайся!»

Так что, прежде чем мы захотим обвинить кого-то в «грехе оригинальничания», давайте хорошенько подумаем, хотим ли мы быть с теми, кто в бесноватой злобе топтал цветы и писал ту надпись. И действительно ли мы считаем, будто это преступление может быть угодным Господу нашему.

А как отличить оригинальничание от оригинальности? Несложно. Если вслушаться в ближнего.

Автор иллюстрации: Karin Taylor

Источник