Православие для людей
13.10.2014
10780 просмотров
Дарья Косинцева

Большая часть из того, что сейчас говорится и пишется о христианстве, – оно не для людей. Оно для «активистов»: либеральных, атеистических, церковных, государственно-православных и прочих. Даже очень умный современный христианин занят обычно тем, что то отвечает по очереди на нападки воинствующих атеистов, то обличает очередное обрядоверие особо воцерковленных тетушек, то критикует всяких православных государственников и прочих «православных активистов». Для обычного человека с его проблемами в таких условиях просто не остается места.

А потом православные, конечно, жалуются, что народ идет к целителям, колдунам, бабкам, в секты и к сомнительным психологам без образования. А чего удивляться? Христиане же все больше о судьбах христианства, церкви и государства рассуждают, а людей интересуют вопросы весьма приземленные – это я поняла, изучая статистику запросов Яндекса на темы, на которые потенциально может дать ответ христианство. Так вот это темы а-ля «как быть хорошим мужем», «когда надо разводиться», «прошла любовь как определить», «как пережить смерть любимого мужа». Чтобы найти ответы на эти вопросы в христианстве, нынче надо хорошенько напрячься: с большей вероятностью человек в этих поисках попадет на какого-нибудь экстрасенса. А потому что не до этого христианам.

Конечно, для человека образованного и умного кажутся мелкими темы типа «я разлюбила мужа что делать», зато важно, как правильно устроить церковную кадровую политику, или взаимодействие церкви и государства. То есть людей интересуют простые вопросы, а христианские проповедники как-то все больше о политике, о судьбах родины и т. п. В наихудшем виде это, конечно, пикеты за нравственность и забота о «нравственном законодательстве», которая покажется смешным любому взрослому человеку. Этим мощно страдают «государственники» и «возрожденцы», кургинянопрохановы и прочие. Но это ладно. Плохо другое. Вот есть Андрей Кураев, гениальный современный проповедник, умный и адекватный человек, отлично говорящий о вере на человеческом разговорном языке. Но вот зайдешь к нему – а у него же тоже сплошь одна политота, только с другого бока. Я недавно читала очень интересную статью про советских антисоветчиков. Ее автор рассуждает, что самые ярые антисоветчики поневоле стали «советскими», потому что, отвечая советским пропагандистам, переняли их язык, их проблематику, их темы. А мы – пишет автор, говоря о современной ему прогрессивной молодежи, – вообще старались быть ВНЕ этого. То есть создавали свой собственный мир, со своими проблемами и своими смыслами. То же самое должны делать и те, кто не поддерживает всю эту государственно-православно-возрожденческую линию, вместо того чтобы становиться «советскими антисоветчиками». Надо быть ВНЕ всех этих масштабных дискуссий. Зато – с людьми. А людей больше интересует, стоит или не стоит бросать жену ради любовницы. Общественная нравственность в итоге складывается из ответов обычных людей на такие вот обычные вопросы, а не рождается из пламенных статей про место общественной нравственности в будущем России.

Раньше мне тоже жутким злом казались все эти «(около)православные активисты», несущие всякую ересь в стиле «неверных сжечь!». Теперь я понимаю, что они вообще мало кому понятны и интересны. Это что-то вроде хипстеров, только принаряженных иначе. Постмодернисты, интеллектуалы, поборники каких-нибудь новомодных консервативных учений. Относиться к ним слишком серьезно и тем самым пиарить их просто смешно. Когда православный активист Энтео в твиттере на реплику в стиле «не думаю, что земля перестанет вращаться», отвечает «она и так не вращается» – то что это? Ну конечно, это хохма, кокетство, кривляние, троллинг, литературный прием, интеллектуальная игра – ну это не всерьез, конечно же, не про жизнь. Это просто такой стиль не очень любимого мной интеллектуального балабольства, когда за слова отвечать не нужно, а можно словами играть в духе «наши космические корабли бороздят просторы Большого театра». А потому что слова потеряли смысл, и смысл потерял смысл, и вообще постмодернизм, деконструкция и все такое прочее. Короче – это все только для очень понимающей публики. Либо для православных гуманитариев, которые воспринимают это как изысканную шутку, либо для гуманитариев атеистических, которые воспринимают эту клоунаду «православных активистов» и литературщину «православных идеологов» за «золотой стандарт православия». Воспринимают просто потому, что у атеистов при слове «православный» напрочь отбивает литературное чутье и чувство юмора и они готовы зацепиться за любые бредни, чтобы высмеять «верунов» или нарисовать для будущего России какой-нибудь средневеково-православный апокалипсис. Такое ощущение, что все эти «русские линии» и прочие «союзы духовного возрождения» существуют только для того, чтобы развлекать либеральную публику и генерить инфоповоды для антиклерикальных изданий. Ну или давать повод порезвиться в комментах особо антиклерикальным и не очень умным атеистам, которые даже под новостью о крестном ходе пишут: «Мне стыдно за свой город. ПГМ - самый страшный диагноз, а порнославных активистов надо как в 37-39-х г.г». Все это настолько маргинально, узкоспециально, неважно и неинтересно, что даже вступать в какие-то публичные коммуникации и метать бисер перед активистами, что воинствующими консерваторами, что воинствующими атеистами, – совершенно глупая трата времени и сил.

Для обычных людей, которые ходят по улицам и живут своей жизнью, все это – просто какая-то непонятная тарабарщина. И внутрицерковные споры, и всякие государственно-православные отношения. Они поневоле слышали про Пусси Райот, но среднестатистическая позиция их проста, и состоит она из двух частей. Первая: плясать в храме гадко, так же как и испражняться на театральной сцене – потому что нормальному человеку непонятны все эти высокоумные рассуждения про современное искусство как протест и бла-бла-бла. Второе: два года для такого преступления это много – потому что нормальному человеку чужды все эти высокодуховные рассуждения про возрождения нравственности и особо нежные чувства верующих. Зачем все эти миллионы знаков в интернете? Только если вы не верите нормальному человеку с улицы. А почему бы вам ему, собственно, не верить? Если вы демократ – прислушайтесь к обычному человеку, его мнение – закон. Если вы за народ – прислушайтесь к обычному человеку, его мнение – святое. Зачем изобретать велосипед? Вот мои посты можно с успехом тестировать на муже-программисте, который интересуется душой и недавно крестился, но «советских газет не читает» и вообще не в курсе про всяких личностей, которых я иногда упоминаю. Он говорит «отличный постик» – и это лучшее признание. Или говорит «чо-то я ничего не понял» – и это знак мне, что меня куда-то занесло опять в далекие от народа дебри.

Никакие геи в Церкви и никакие Пусси Райот не должны отвлекать христиан (а они прежде всего и миссионеры) от главного – нести благую весть конкретному человеку, с его ежедневными проблемами и душевными метаниями. Обычный человек не ходит по улице и не думает, как возродить нравственность на Руси или бороться с церковным обрядоверием, так же как и не думает ежедневно про жадность попов и прицерковленность власти. Он не впадает в умиление при виде пасхальных яичек, часто пассивно-скептически или пофигистически относится к вере, не играет в казака или в «православную матрону», но и призыв «обойтись с попами как в 37-м» не вызовет у него энтузиазма. Он просто учится, работает, строит семью и думает про свои проблемы в личной жизни, на работе, в бизнесе, со здоровьем, в семье. Он не идиот, и часто у него часто уже за спиной годы и богатый (и часто тяжелый) жизненный опыт. Он искренне ищет ответы на свои таки обычные – и такие непростые – вопросы. И неплохо было бы сделать так, чтобы он побольше находил таких ответов в христианстве – от современных ему христиан с их жизненным опытом, описанным понятным ему языком.