Православное язычество
21.02.2014
7624 просмотра

"Многие скажут Мне в тот день: Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили? И тогда объявлю им: Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие"

По статистике, около 40% людей, которые считают себя православными, не верят в Бога. То есть православный атеизм – обычное явление. Православное язычество тоже довольно распространено, но его с помощью опросов выявить сложнее. Под термином «православие» сейчас скрываются два абсолютно разных явления: православное христианство и православное язычество. Последнее ничуть не менее распространено, чем первое. Во времена СССР, когда православие было гонимо, такого явления, как православное язычество, представить было нельзя. Все язычники дружно поклонялись Вождю Революции. После краха союза у жаждущих создать себе кумира появился большой выбор. Среди многочисленных вариантов было и православие, воспринятое и развитое в совершенно особом духе. Вот несколько принципиальных черт этого удивительного явления, которые мне показались самыми вопиющими."

• Добро должно быть с кулаками

Это святое и твердое убеждение православных язычников. Не будем даже приводить цитаты Евангелия, утверждающие противоположное, иначе придется переписать пол-Евангелия. Отметим другое – в общем-то, это очень древняя основа дохристианской нравственности и законности. Вариациями являются утверждения вроде «цель оправдывает средства», «кто победил – тот и прав», ну и собственно «око за око, зуб за зуб», чему Христос противопоставляет свое «подставь левую щеку». Крайний вариант такого языческого понимания добра можно например, увидеть, в самых примитивных языческих мифах, например, мифах сибирских народов, где смачно описывается, как добрый персонаж, победив злого, вытаскивает из него кишки и отпиливает половые органы.В отличие от христианства, где Бог ясно говорит, что «моя сила совершается в немощи», православные язычники всегда рады помочь божьему воцарению при помощи силы. О всемогуществе Бога тут речи не идет – без православных он ведь со злом не разберется! В этом плане католичество, конечно, обскакало православие: чего стоят одни крестовые походы. Может быть, за счет этого современным православным так хочется быть воинами христовыми. Тяга к созданию «православного воинства» по образцу рыцарских орденов породило моду на православное казачество.

• Ненависть к врагам

С принятием насилия тесно связана такая черта православного язычества, как ненависть к врагам – первейшая доблесть для языческого мировоззрения, но недопустимая по Христу: «И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете? Не так же ли поступают и язычники?» (Мф.5:47)

Вот, например, мой показательный диалог с руководителем одного из миссионерских (!!!) отделов РПЦ.

А.: Вы о ЧЕМ хотиете услышать?

Дарья: Эх... Ну вот ведь если я начну говорить, что мне трудно поверить в святость Александра Невского, ведь это ж ни к чему хорошему не приведет... Поэтому я и пишу что-то там на задворках интернета, и не лезу особо в чужой монастырь.

А.: А почему не можете?)))

Дарья: Не, лучше не стоит :) Я ж говорю - ни к чему хорошему не приведет :)

А.: Ну Вы же верите в то, что Бог будучи Единым по-существу, Троичен в Лицах? (с точки зрения логики - это абсурд). Я думаю в сравнении с этим, поверить в святость Александра Невского не составляет труда. А что, собственно Вас смущает в Александре Невском?

Дарья: Верю, конечно! Тут же не в логике дело. В Александре смущает нарушение христовых принципов. Но мы жеш говориле об этом.

А.: Ну например - каких принципов? У меня память плохая)))

Дарья: Ну там, людей убивал и призывал это делать.

А.: А кого он лично убил и когда призывал "Убивать людей"!

Дарья: Он был военноначальников, хотя может я чего не знаю, и он призывал своих воинов обнимать и целовать противников на поле боя.

А.: Он же был не сумасшедший! Вы ж тоже своих недругов не целуете!

Дарья: Ну тогда Христос был сумасшедший. В этом логике - на 100%. В этом как бы и оригинальность учения.

А.: Не богохульничайте! Вы вот своих недругов не целуете. Вы сумасшедшая? Или жестокая?

Дарья: Я стараюсь, и иду в направлении этого сумасшествия. Мудрость мира есть безумие перед Богом. И да, конечно, христос призывал целовать своих недругов, думаю, цитаты не нужны. Так что в этой логике он был вполне сумасшедший.На наивные призывы вернуться в христианскому пониманию борьбы я постоянно слышу обвинения в «толстовстве», и вообще получаю острейшую реакцию. Что, в общем-то, закономерно. Ведь мир ненавидит настоящее христианство, как и обещано Христом. Только вот граница проходит отнюдь не между геями и православными, как кажется, а как раз между православными и псевдоправославными: «Он (Христос) учил тому, как очистить, как преобразить сердца человеческие, как сделать их храмами Духа Святого, как сделать их вместилищами любви Божественной. За это возненавидел Его мир, ибо мир этого не хочет, хочет совсем другого. Мир руководствуется не заповедями Христа, а законом борьбы, законом, который исповедует мир: "В борьбе обретешь ты право твое"» 

• Кесарю – Божье

Православное казачье воинство отличается тем, что хочет равно служить богу и государству, что прямо запрещено Божьим словом. Помесь христианской и государственной атрибутики, христианской и военной, радикальный патриотизм всех видов и оттенков – все это прямые чертереси царебожия, "опричного мистицизма". Да чего там далеко ходить, процитируем обновленный "символ веры": «Верую, Господи, в Православное Царское Саможержавие, Духом Святым клятвенно утвержденное на вечные времена освященным Собором и русским народом для мира и благоденствия нашего отечества и для спасения души, как учили о том же и все святые угодники Божии русские последних веков. Аминь». Взамен Царствия Божия предлагается русская державность, понимание которой может дойти до того, что Сталин – великий православный самодержец. У православных язычников не укладывается в голове, что необходимо выбрать, кем быть – гражданином земли или гражданином неба. Гонимыми на земле, как и заповедовал Христос, или наоборот – полноправными хозяевами на земле.Церковь в этой логике воспринимается, по сути, как часть часть аппарата земного царства, своего роде «комитет по нравственности». А царь – богопомазанник, как в языческой традиции, где родословную Царя возводили к богам.

• Гордость

Это самое прекрасное и вкусное в языческом православии: гордость – смертный грех, воспринимаемый как доблесть, тоже в полном соответствии с языческой традицией: православные язычники гордятся родиной, народом, верой православной. Если бы верой нельзя было гордиться, они бы и не были православными – а были бы, например, комсомольцами. Но обстоятельства сложились иначе.

• «Патриотичное национальное православие»: поклонение традиции и ритуалам

Тут я позволю себе привести большую цитату из статьи Сергея Худиева:«В Южной Корее много христиан, чуть меньше — буддистов, но обе эти религии пришлые, «импортные». Местным является корейский шаманизм — шаманы (или, часто, шаманки) должны привлечь добрых духов и отогнать злых, склонить духовный мир посодействовать успеху в делах, здоровью и процветанию, исправной работе механизмов и счастью в личной жизни. Несмотря на то, что Южная Корея — высокоразвитое технологическое общество, шаманы не сидят без работы, совершая обряды благословения домов, машин и офисов.

Большинство Японцев называют себя неверующими — однако почти все они участвуют в ритуалах Шинто (Синтоизма), поклонения духам природы, мест, или выдающихся предков. Культ носит сильный националистический оттенок, и в императорской Японии он был государственным. Участие в его обрядах — способ пережить и подчеркнуть свою «японскость», свою гордую верность национальной традиции.

Запрос общества к Церкви — это шаманизм и немного шинто. Мне доводилось слышать горькие жалобы священников, что их воспринимают именно как шаманов, «белых магов». Люди полагают, что священнодействия должны обеспечить исправность машины, удачу в делах и победу нашей сборной. Они не хотят слышать слово Божия, не хотят понять, кто такой Христос и зачем Он пришёл, не хотят переменить свою жизнь — их запросы мог бы с большим успехом удовлетворить шаман, чем священник. Другой запрос — на национальную идентичность. Церковь — единственный институт, связывающий нас с нашими предками, стержень, основа русского мира. Что же, национальное чувство само по себе не дурно. В Божием замысле мы связаны с нашими семьями, нашими согражданами, нашими предками и потомками. Но главное в Церкви — совсем не это».

Статья Сергея Худиева озаглавлена «Неприлично скромные запросы». Действительно, запрос псевдоправославных – это запрос на православие как на разновидность «родноверия» вроде япоского шинто.

Какое уж тут самосовершенствование и обретение Царства Божия, и уж тем более «второе рождение» в крещении: в православии вместо этого упорна ищется опора для уже существующего мировоззрения, в том числе суеверий и комплексов. Христианство – учение вообще революционное, чтобы принять тему о любви к врагам, нужно пережить большой внутренний переворот. Но православные язычники ищут совсем другого: для них православное родноверие с его обрщащенностью в прошлое, это реализация старсти к консервации, комплекс человека в футляре. Естественно, для такого использования православное христианство приходится сильно обкорнать до православного язычества, убрав из него всякие неудобные неязыческие штуки вроде космополитизма (и «уранополитизма») и непротивления злу.

• Четкое отделение жизненного и «священного»

Так как православие для православного язычника – это только инструмент, а никакой не центр существования, то, соответственно, собственно вере отдается очень небольшое гетто, эдакий «красный уголок». Священное – это в храме, на алтаре, на крестном ходе. По принципу «принес жертву и свободен». В жизни следовать Евангелию – ну нет! Я же жертву уже принес, откупился! Точно также неприемлема мысль от том, что «Дух дышит где хочет», «Дух святой, который везде есть и все исполняет». У язычников святой дух только по расписанию. Сколько вы готовы отдать Христу – в Евангелии.

• Нелюбовь к Христу

Христос вообще сомнительная личность. Его так и норовят признать своим всякие хиппи, социалисты, дауншифтеры, непротивленцы, свободолюбцы и прочие личности сомнительных духовных качеств. Да и вообще Христос еврей и тунеядец. Вообще не похож на патриотичный национальный идеал на голубоглазого крепыша-богатыря. Вместо слов Христа христианские язычники с удовольствием цитируют людей отменно патриотичных и национальных: православных князей и благословляющих их на битвы архиеереев. Им очень мешает, что основателем христианской религии был бездомный иудей Иисус, а не Владимир Красно Солнышко, огнем и мечаом несущий истину разрозненным племенам. Поэтому они как могут вытесняют Христа из своего сознания, всячески обкладывают его позолотой и «символами», только бы лишний раз не допустить мысли о реальном Христе без позолоты. Ведь они, по завету Великого Инквизитора, и без него прекрасно устроились, и если бы они внезапно пришел второй раз в том же виде, он бы явно нарушил царственное благолепие.

• Поклонение форме и атрибутам

Ненависть а другим формам. Христиане с понимание относятся к инославию – то есть другим формам поклонения Христу, потому что их объединяет главное – личность Христа. Но так как личность Христа и его принципы является для православных язычников вещью не только незначительной, но и малоприятной, то другие формы христианства им гораздо более чужды, чем местное язычество.

• Близость и симпатия к собственно языческим традициям

Сегодня языческое славянское родноверие возрождается, противопоставляя себя как исконная религия христианству. Но христианские язычники изо всех сил стараются это противоречие снять и усидеть на двух стульях. В языческом варианте православие так мало отличается от славянского родноверия, что того и гляди – сольются в едином потоке. Внутренне у всех православных язычников есть крепкая уверенность в том, что православие от язычества отличается только фомой культа. Православие – это такое русское язычество. В конечном итоге это может привести к такому парадоксальному результату, с которым столкнулась я, когда псевдоправославный и язычник заявляли, что у них одно сакральное. Вроде как «Я Перуну поклоняюсь, ты Христу – будем дружить». А какая, собственно, разница? Каждому, как говорится, по потребностям.

Закончить этот обзор хотелось бы гениальным отрывком из тест Дмитрия Быкова, потому что поэзия всегда убедительнее прозы:

Ни обкурившись, ни упившись в хлам, я не могу понять такого Бога. Его склоняют по таким углам, куда и черту лазить — чести много. За Бога тут нацист, «нашист», масон, специалист по чарам и по чакрам, Михайлов Стас и радио «Шансон», весь криминал и — страшно молвить — Чаплин, носители таких кромешных пург, что прихожане в страхе обмирают. Такому Богу нравится Хирург. Ему приносят в жертву Pussy Riot. Он любит дураков, а к умным строг. Он к милосердью вовсе не пригоден. Я не хочу кощунства: это Бог, но, вероятно, Велес или Один, а может, Марс, античный бог войны, а может быть, иной давнишний идол, которому с рожденья все должны, хотя никто в глаза его не ви дел. Он хочет жертв. Он любит ратный строй. Он требует смириться и ужаться. Внутри он исключительно пустой, но выглядит загадочно ужасно. Мы все пред ним не стоим ничего, он скучный бог кочевников и ханов — воинственное с понтом божество, какому служат Дугин и Проханов. Он кулаки от ярости грызет, он сам себя сжирает понемногу — и раз его друзьям пока везет, он с ними, да. Не с нами же, ей-Богу.

Наш Бог не так везуч, не так хитер. Ему милее байкера, без спору, крадущийся по Крымску волонтер, приравненный сегодня к мародеру. Кощунниц он наказывает сам. Он сходит к тем, что Бога не искали. Он не заходит в тот бетонный храм, где молятся бетонной вертикали.

Возможность же все это наблюдать, как человеку в мире бестиарном, — единственная, в общем, благодать, доступная в России христианам.

UPD 1: вот, нашла прекрасное на ту же тему: "Нужно понимать, что в любом российском православном храме мы обнаруживаем одновременно две религии - самое настоящее христианство и самое настоящее язычество. Христиане веруют в искупление грехов кровью Христа и делают все, что положено делать вокруг этого и в связи с этим. По их собственным данным, христиан в храме три человека из каждых двухсот (1,5%), плюс сами священники.

Язычники тоже всё делают, как им положено. Они экстатичны: о, в храме моя душа воспаряет и я себя чувствую, будто в небесах. Они изучают обряд и ритуал нужных жертвоприношений: свечку ни в коем случае не ставь левой рукой, а когда поставила и отходишь, спиной не поворачивайся, и обязательно скажи вот какие слова... Они находятся в полезном общении с огромным пантеоном малых богов: если зуб болит, ставь свечку святой Ксении, а если муж пьет, то Богородице Неупиваемая Чаша, а чтобы моряк не потонул, святому Андрею свечку ставь и так далее".