Принуждение к бесчувствию
22.10.2016
666 просмотров
Найдено в Интернетах

У любимого моего Андрея Архангельского вышла колонка про то, что аморальность и аполитичность нас не спасут. Сколько ни камлай на тему, что "шоб спасти страну, нужен тока профессионализм". На самом деле профессионализм - это только так, укропчик сверху на салате государственной жизни, и один этим укропчиком сыт не будешь. "Шоб спасти страну", нужны ценности и принципы, а где и взять? Ну я-то знаю, где :). В общем, приведу две большие цитаты из статьи и прокомментирую на тему #политика_и_вера@badbeliever

Итак, Андрей Архангельский, "Принуждение к бесчувствию"
Источник: http://kinoart.ru/archive/2016/07/prinuzhdenie-k-beschuvstviyu

1. "Умственная или душевная пассивность также является сегодня идеологией. С учетом массовости недеяние становится деянием. И оказывает влияние на общество – как на атмосферу влияет отсутствие кислорода.

Такое сознательное игнорирование сферы этики, активное выталкивание мировоззрения куда-то в угол, в чулан – объяснимо. Классическое фрейдистское вытеснение. В стране, которая пережила репрессии именно по социальному признаку (служащие, зажиточные крестьяне, священно­служители, интеллигенция), люди на подсознательном уровне стремятся держаться подальше от политики. И вообще от «убеждений». Это является обычной страховкой от «неприятностей».

Можно отыскать аналогии этому технократическому мировоззрению еще в 1970-е годы, когда Солженицын написал знаменитое «Жить не по лжи» (1974): «…мы так безнадежно расчеловечились, что за сегодняшнюю скромную кормушку отдадим все принципы». «Нужно кормить детей», «все равно ничего не изменится», «нужно работать над собой» – все эти присказки были известны уже тогда. Владимир Сорокин описывал это мировоззрение следующим образом: «В одной компании в начале 1­980-х оказались молодые люди – циники, делавшие партийную карьеру уже только для того, чтобы устроиться в жизни. Кто-то включил в магнитофоне Галича. Молодые люди через какое-то время попросили выключить: «как-то это все… скучно». Этот ответ симптоматичен, замечает Сорокин. Галич – это прямая апелляция к этике, взывание к совести. «Скучно» на самом деле означает «страшно». Страшно спрашивать с себя по высшим меркам, страшно затевать разговор со своим внутренним «я» (Ханна Арендт) – потому что дальше разверзнется ад.

Вероятно, с той же легкостью эти люди встроились в рынок, а затем и в «управляемую демократию». Сейчас к власти приходят уже их дети, которые на генетическом уровне знают, что единственная гарантия социального и материального успеха – это сознательное отключение этики, ценностных маркеров. По возможности, лучше вообще «ничего не чувствовать».

Была показательная дискуссия в «Известиях» (2006) о том, что на смену интеллигенции в России приходят интеллектуалы. В отличие от советских недотеп и болтунов, они просто хорошо делают свое дело. Здесь изначальная подмена: этике противопоставляется голый техницизм – простое, хотя и качественное, выполнение любых (!) действий. При этом предлагается выбирать или–или – как будто навыки или знания исключают категорию стыда или совести. Это противопоставление симптоматично: культ профессионализма, возникший в России на рубеже 1990–2000-х годов – совершенно правильный, – почему-то почти сразу стал подра­зумевать отказ от собственного мнения, от своего «я», чуть ли не от любых убеждений и рефлексии. Профессионализм у нас очень быстро стал означать лояльность начальству, «растворение в начальнике». Собственно, то, что сегодня в России называется «технократ», чуть раньше носило название «интеллектуал» или «профессионал». Все эти термины принимают в России совершенно другое значение именно за счет вытеснения этики.

Можно ли быть профессионалом без этики? История академика Сахарова тут, наверное, показательна – рано или поздно совестливый человек упирается в этику. Любой профессионал упирается в этику, потому что каждое твое решение не может осуществляться в метафизической пустоте".

 2. "...Сами люди часто не догадываются, что у них есть убеждения. Эстрадная певица активно поддерживает милитаристские, агрессивные настроения, а затем удивляется, что ее не пускают в Европу. Она вполне искренне заявляет, что «всегда была вне политики». Это говорит о двух вещах. Певица на двадцать пятом году постсоветской России не понимает, что любое публичное мировоззренческое, идеологическое высказывание по определению является политическим. Она пребывает в архаике: считает, что все, что «за действующую власть и нашего президента», – это не политика, а такое «чувство», имеющее отношение только к сфере личного. «Не участвовать в политике» на ее языке означает «не участвовать ни в чем, что против власти и президента». Политика в ее представлении не есть власть. Власть – это святое".

 --— конец цитаты —--

Мне кажется, Церковь сейчас в той же ситуации, что и эта певица. "По документам" она вроде вне политики. По факту - в политике по уши, и все люди со стороны это прекрасно видят. Нужно просто сказать это вслух - "Власть - это НЕ святое". Святое - это нечто совсем другое, сейчас мы вам расскажем, ЧТО ИМЕННО и как это должно влиять на общество. А если отрабатывать повестку духовных скреп и смотреть преданно в рот власти, то никаких реальных духовных скреп не выкуется, сплошной суррогат всем на посмешище. Невозможно быть моральным ориентиром для людей, если каждый раз оглядываешься и боишься быть не "на одной волне с Тем Самым". Это значит посылать людям сигнал, что главное - это никакая там не этика, а власть. Не надо закрывать глаза на чьи-то грехи, если это грехи сильного. Важно не позволить удушить себя в "любящих объятиях", как это сделала с Церковью Российская Империя. Чем это закончилось и для Церкви, и для страны, мы с вами и так знаем.

Серьезно, мне кажется, "Спаситель" с большой буквы - это в голове тех самых "80% православных" именно Путин, а не Христос. И главная их молитва это "Путин, помоги!". Этакий временно исполняющий обязанности Спасителя. Смешивание до неразделимости в духе: "Против нас орда и тьма, с нами Путин и Христос". Разве это не похоже на то поклонение Цезарю как богу (и "спасителю", конечно же), от которого отказывались христиане во время оно?

При этом я уверена, что настроения в духе "все зло от Путина" - все это тоже ерунда. От чего все зло - для христиан ясно сказано в Библии. "Все зло" от греха - а власть ты или не власть, когда грешишь, это уже без разницы. Власть впадает в жадность, народ - в уныние. И все от одного и того же - полного разброда и шатания на тему того, "что такое хорошо и что такое плохо". Внутренним стержнем и опорой для страны может послужить не какая-то там кренящаяся "властная вертикаль", а именно вечные ценности, которые нужно "достать из чулана" и вернуть людям.

"Без Бога нация - толпа,
 Объединенная пороком,
 Или слепа, или глупа,
 Иль, что еще страшней, - жестока.
 И пусть на трон взойдет любой,
 Глаголящий высоким слогом,
 Толпа останется толпой,
 Пока не обратится к Богу!"
 
(c) Иеромонах Роман (Матюшин).