Непростая простота
26.02.2014
4014 просмотров
Дарья Косинцева

«Мне совершенно безразлична простота, которая предшествует сложности, но за простоту, которая достигается преодолением сложности, я готов отдать жизнь» (Оливер Венделл Холмс) – прекрасная цитата из одной книги по бизнес-планированию.

Главная ошибка людей, которые судят о верующих издалека, – думать, что верующие – это просто зомбированные идиоты, насмотревшиеся по телевизору на Путина, который целует пасхальные яйца, и внезапно уверовавшие, следуя стадному чувству. Не спорю, бывает и такое. Но в большинстве случаев это, конечно, совершенно не так. Чаще всего верующие – это люди, имеющие богатый жизненный опыт и вполне способные отфильтровывать всякий информационный шлак. 

Вот, например, в одном из последних выпусков «Ведомостей» журналист спрашивает владельца «Евросети» Александра Малиса: «Известно, что вы религиозный человек. Вы сами пришли к вере или же это, к примеру, дань семейным традициям?» – и получает ответ: «Знаете, сам. Тут надо иметь определенную наблюдательность. Если следить за нашей вселенной, то понимаешь: вещи не происходят просто так. Когда число случайностей переходит какую-то грань, понимаешь, что это вовсе не случайности». Кто-то считает, что у миллиардера Малиса плохо с критическим мышлением и разумными выводами? Хотелось бы мне иметь такое «плохо», тогда, может быть, мне не приходилось бы снимать квартиру и самой готовить борщ.

То, чем так гордятся многие воинствующие атеисты, – волшебное «критическое мышление» – якобы противоречит вере. Однако у того же Малиса с критическим мышлением все окей: «Понимание того, что у мира есть хозяин, не отменяет вопроса, что должен делать ты. Во мне борьба с собой не остановилась». То есть у верующего, несмотря на осознание того, что есть что-то большее, не отмирает сразу серое вещество. А то «критическое мышление», которым так гордятся воинствующие атеисты, – это натуральный культ рефлексии, которая мешает жить и работать, возвращая счастливого обладателя «критического мышления» на одни и те же круги обсуждения и обдумывания, взвешивания и сравнения. Чтобы в конце концов привести его к выводу, что все одно, все равно (о, толерантность) и в конечном итоге – все тлен. В итоге интеллектуал впадает то в истерию, то в депрессию, частенько в апатию и паралич действия, потому что для действия и жизни ему буквально не на что опереться. Все слишком сложно, не получается разобраться. 

Так что простота веры не так проста, как может показаться. Настоящая вера – это «простота, которая достигается преодолением сложности». За такую простоту можно и жизнь отдать.