Трудиться по-христиански: это как?
15.02.2019
909 просмотров
Дарья Коршун

«Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и маммоне» (Матф. 6:24)

«Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды?» (Матф. 6:25).

Труд благословенен. Но не всякий труд. Князь Евгений Трубецкой в книге «Смысл жизни» писал о том, что человеку претит всякое бессмысленное прозябание. Маркс приблизительно то же называл «отчуждением от самого себя».

Труд может быть тяжелым. Морально: труд врача, судьи, полицейского, учителя. Физически: труд дворника, строителя, курьера. Труд может быть ручным, интеллектуальным, имеющим физические результаты и не имеющим никакого видимого плода, как, например, труд преподавателя. И все же всякий труд должен иметь смысл или быть соотнесен со смыслом. Один из популярных и очень заметных в современном мире грехов ― грех траты времени впустую.

Возможно, ветхозаветные слова «…в поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят…» (Быт. 3:19) кажутся проклятием, которое Бог наложил на предавшего Его доверие человека, но поскольку Бог есть любовь, то проклинать и наказывать ― не Его образ действия; хотя подобные речевые обороты и встречаются в библейских текстах, они, тем не менее, остаются лишь речевыми оборотами, своего рода антропоморфизмом и метафорами.

В действительности тяжесть труда, как и смерть, хотя и являются следствиями грехопадения, но они же и способ уберечь человека от худшего. Это звучит скандально, учитывая, что Бог не наказывает (в смысле «не мстит за проступки») и не творит зла. Человек, которому дается слишком большое количество свободного времени, редко использует его для благого дела. Даже языковые формулы вроде «провести время», «скоротать время» выдают то затруднение, которое испытывает человек, не занятый каким-либо делом. Бездеятельность трудна и сама по себе либо выдает серьезный душевный недуг, вроде депрессии, либо приводит к чувству тоски и скуки. При определенных ресурсах эти самые тоска и скука оборачиваются поиском развлечений и все тем же «коротанием времени». Но что есть «коротать время»? Если это не необходимый всякому человеку отдых, который может быть как деятельным, так и созерцательным, то коротание времени, то есть коротание своей жизни, есть социально приемлемая форма самоубийства. Человек стремится сделать время своей жизни более коротким, наполнить его мелким блеском суеты, потому что без этого наполнения жизнь обнаруживает свою бессмысленность. Ведь, когда есть смысл, каждая минута жизни наполнена стремлением к его исполнению. Безусловно, человек не может жить в постоянном напряжении ― нам нужен отдых. Но едва ли увлеченный своим делом человек производит впечатление угнетенного и напряженного. Напротив, хотя «свое дело» может быть крайне трудным, оно не вызывает желания скорее от него избавиться и отдохнуть. Отдых в этом случае ― лишь естественная пауза, нужная, чтобы делать «свое дело» лучше.

Безусловно, смысл жизни не ограничивается профессиональной деятельностью и не определяется ею. Но сложно представить человека, который мог бы заниматься без вреда для себя тем делом, которое противоречит его ощущению смысла. Конечно, как писал в своей книге «Сказать жизни „Да!“. Психолог в концлагере» Виктор Франкл, смысл можно найти почти в любой ситуации, назначить его и определить, потому что без смысла нельзя выжить. Жизнь, наполненная смыслом, целостна, интересна своему обладателю и не вызывает желания забыться или каким-либо еще образом избавиться от нее. Мы проводим на работе от трети до половины своей жизни ― есть ли у нас право тратить впустую такую значительную ее часть?

Итак, при том что труд нужен человеку, чтобы обеспечивать свое существование, труд не должен отнимать жизнь или препятствовать реализации смысла. Для христианина в эту формулу вводится еще и такой знаменатель, как отсутствие греха в трудовой деятельности. Нельзя лгать, даже если за это хорошо платят, воровать, даже если это очень выгодно, продавать свою личность и свою совесть, вредить кому-либо.

Чем сложнее экономическая ситуация, тем выше уровень преступлений, хуже условия труда и больше искушения среди легких и правильных путей выбирать легкие. И тут есть два важных момента. Во-первых, это призыв верно расставлять акценты и доверять свою жизнь Богу. Если человек поступает сообразно заповедям, то Бог найдет способы позаботиться о нем. Он находит их в любых обстоятельствах, хотя и не без наших усилий. Во-вторых, хотя честный труд довольно часто может казаться менее выгодным, чем труд нечестный, все-таки умираем мы такими же нищими, как и рождаемся, даже если живем очень богато.

Не всем людям дается быть врачами, учителями, художниками и учеными. Есть еще продавцы в магазинах, уборщики и дворники ― и всё это тоже очень нужные профессии. Да, сложно найти глубокий смысл в вытирании пыли и автоматической улыбке за кассовым аппаратом. Но ни одна профессия не обладает смыслом сама по себе. Смысл этот приобретается каждым человеком конкретно для него самого. В мире несколько миллиардов людей, и все мы разные. Для кого-то из нас профессия врача была бы опасной для души, для кого-то нет ничего лучше, чем физический труд, позволяющий оставить разум свободным для размышлений или молитвы. Кто-то раскроет весь свой потенциал, честно и с любовью рассказывая покупателям о бытовой технике.

Да, существует внутренний конфликт между жаждой самореализации, необходимостью обеспечивать себя и реальным рынком труда. Часто единственный смысл работы ― в зарабатывании денег, потому что никакого другого смысла она дать не может. В таком случае у нее есть еще одно хорошее качество: это неплохое аскетическое упражнение. Трудиться честно и добросовестно, вкладывая в свою деятельность всё то хорошее, что один человек может дать миру посредством своей работы, потому что это тоже приумножение своих талантов.

В этом заключается важный человеческий долг ― вырастить самого себя в нечто лучшее, и труд ― один из отличных инструментов для этого.

Прежде всего, зная свои способности и возможности, мы должны искать такой род деятельности, который укрепит нас в лучшем и приумножит имеющееся хорошее. При этом, как заметил апостол, «кто не работает, тот пусть не ест». Человек не должен отказываться от труда, оправдываясь тем, что создан для большего. И поскольку быть христианином ― значит проповедовать, мы должны быть отличными, ответственными работниками, чтобы, случайно обнаружив свою веру, не бросить тень на лицо всего христианства.

Есть и еще один аспект. Многие из нас не могут трудиться. Общество, безусловно, более безопасное место, чем дикий лес, но оно же не слишком заботливо по отношению к слабейшим своим членам. Не всякое общество, разумеется, однако в мире много стран, где социум заточен под здоровых, выносливых и сильных людей. В таких социумах не так много возможностей для людей, прикованных к инвалидному креслу, людей, страдающих депрессией, людей с расстройствами аутистического спектра, людей со слабым зрением или другими особенностями. Даже женщине с ребенком или пожилому человеку не всегда легко найти работу. Более того, в ряде стран экономическая ситуация такова, что и здоровому, крепкому мужчине работу не найти.

Вера в то, что стоит хорошо потрудиться ― и всё получится, немного утопична в суровых реалиях мира. Многие люди умирают в глубокой нищете или вынуждены искать любую работу, чтобы выжить, без идеи о какой-либо самореализации, просто ради обычного, вполне земного куска хлеба.

Безусловно, если бы в нас не было зла и мы устраивали бы свой мир с меньшим эгоизмом, то не было бы нищеты, многие больные люди получили бы исцеление, поскольку порой между тяжелой болезнью и здоровой жизнью лежит всего одна, пусть и дорогостоящая, операция. Иногда деньги лежат между жизнью и смертью, и многие умирают, потому что не смогли заплатить другим людям за свою жизнь.

Поэтому есть один самый главный труд для каждого из нас ― труд любви. Любви к ближнему, заботы и милосердия. Именно с этой меркой: «является ли моя деятельность формой любви» ― стоит подходить и к выбору профессии.

Например, с любовью к людям не продают наркотики, не воруют, не делают того, что лишает человека его человеческого достоинства. Зато с любовью можно подметать улицы и счищать снег, вытирать пыль, заботиться о своих подчиненных, создавать иллюстрации к детским книжкам, плести палатки между проповедями, выращивать хлеб и класть плитку. Хотя это же можно делать и без любви.

И тогда выбор прост: если то, что я делаю, я могу делать с любовью ― то могу выбрать эту форму деятельности. Если то, что я делаю, я делаю без любви ― то это не для меня. Потому что, кажется, именно дар любви к ближнему ― один из самых драгоценных человеческих талантов.