Нет страстей - не значит нет чувств
31.10.2019
136 просмотров
Найдено в Интернетах

Автор: протоиерей Сергей Лепин. 
Источник: serge-le.livejournal.com

В психологии (а также в латинском богословии) под страстью нередко понимают просто эмоцию или чувство – не конкретизированную способность испытывать на себе воздействие извне. Отсюда некоторые думают, что достичь состояния бесстрастия -- значит подвиснуть над землей в позе лотоса с закатанными глазами, с идиотской полуулыбкой, в полном нечувстии и безразличию ко всем и вся. Это не так.

Бесстрастие – христианский аскетический идеал. Его не стоит путать ни с буддийской нирваной, ни с эпикурейской атараксией, ни даже со стоической апатией. Я уж не говорю про медицинскую кому, делирий или анабиоз.

Сам Божий Сын, воспринявший на Себя всю полноту человеческой природы, явил нам образец: каково оно это – быть человеком.  Христос любил, радовался, плакал, боялся, чувствовал голод и усталость, сострадал и испытывал жалость, возмущался и даже гневался.
Бесстрастие – это не нечувствие. Нечувствие – не идеал, а грех или диагноз. В нашем контексте под страстью стоит понимать нечто противостоящее истинному чувству в количественном и качественном смысле. Страсть – это дисфункции, диспропорции, дистопии, перверсии, анахронизмы нормального чувства.
Христиане – не из тех, кто питается только амброзией и какает строго бабочками. С одной стороны, этого и не требуется (хоть некоторые и пытаются), а с другой -- «несть человек, иже жив будет, и не согрешит» (2 Пар. 6:36; 3Цар. 8:46; Екк. 7:20)…

Давайте обратим внимание на апостольское чтение:
По некотором времени Павел сказал Варнаве: пойдем опять, посетим братьев наших по всем городам, в которых мы проповедали слово Господне, как они живут. Варнава хотел взять с собою Иоанна, называемого Марком. Но Павел полагал не брать отставшего от них в Памфилии и не шедшего с ними на дело, на которое они были посланы. Отсюда произошло огорчение, так что они разлучились друг с другом; и Варнава, взяв Марка, отплыл в Кипр; а Павел, избрав себе Силу, отправился, быв поручен братиями благодати Божией, и проходил Сирию и Киликию, утверждая церкви. (Деян.15:36-41).

Бывают в жизни огорчения (в оригинале παροξυσμός, пароксизм – нынче красноречивый медицинский термин): один апостол повздорил с другим. Варнава хотел взять с собой «на дело» (речь идет о Втором миссионерском путешествии) своего племянника (Кол. 4:10, ох уж эти родственные связи!) Иоанна Марка, но Павел был категорически против – ибо парень их уже однажды серьезно подвел в первом путешествии: взял и трусливо сбежал (Деян. 13:13). Кто-то из толкователей - не помню, кто именно - просто замечает: «мальчик захотел к маме», испугавшись опасности предполагаемого пути. Что ж, бывает! Но каждый настаивал на своем, и, как результат, каждый пошел своей дорогой и в своей компании: Павел – в Грецию, Варнава – на Кипр (и даже не знаю, куда я сейчас хочу больше).

Апостолы не спорят о страстях или своих личных интересах – они спорят о лучшем для благовестия и, не придя к согласию, расстаются друзьями - во имя Евангелия жертвуют личным. Поэтому святитель Иоанн Златоуст рассматривает эту распрю как пример благочестивых «разборок»: «Павел в посланиях своих упоминает о Варнаве с великими похвалами (2 Кор. 8:18). Распря бысть, говорит (Писатель), но не вражда, не раздор. Распря сделала то, что они разделились; и хорошо. Ибо что после каждый из них порознь предпринял полезного, того не сделал бы по тому самому, что были бы вместе. А Марку эта распря принесла большую пользу. Строгость Павла вразумила его, а доброта Варнавы сделала, что он не остался; так распря, бывшая между ними, достигает одной цели — пользы. Видя, что Павел решается оставить его, Марк весьма устрашился и осудил себя; а видя, что Варнава столько расположен к нему, он весьма возлюбил его; таким образом распря учителей исправила ученика».
Позже Павел переменит свое отношение к Марку и высоко оценит его труды (см. Кол. 4:10; Флм. 1:24; 2Тим. 4:11). И иначе быть не может, ведь речь идет о том самом парне, который в будущем станет основателем Церкви в Египте и первым епископом в Александрии, где уже мужественно будет проповедовать Христа до самой мученической кончины.  А еще он напишет одно из Евангелий – от Марка, как вы догадались.

А вам слабо так с кем-нибудь поругаться?
Конечно, тут, наверное, каждому могут прийти на ум слова апостола Павла «гневайтесь – и не согрешайте» (Еф.4.26). Но, все же, не стоит переоценивать себя: сначала попробуйте не согрешать в любви и прочих позитивных своих чувствах и эмоциях, и уж потом…
А пока лучше быть тише, спокойнее и не отсвечивать. Окститесь, не спешите ставить себя на место апостолов Павла и Варнавы. Вполне возможно, прямо сейчас ваш ангел хранитель стоит пред Лицем Божим и просит не вычеркивать вас из списка участников дальнейшего развития событий. Не вы спорите, а о вас идет спор. Вы – не жертва пароксизма, а его прямая причина.
А вообще, ребята, давайте жить дружно.