Христианство против «прав»: кто прав? Часть 1
30.01.2019
733 просмотра
Найдено в Интернетах

Автор: Александр Потёмкин
Источник: pravoslavie.fm

Чем же плох культ «прав человека»? Да в первую очередь тем, что, как и многие другие культы, созданные человеком, он требует жертв, в том числе человеческих. Вот такой парадокс, о котором ниже. А пока стоит заметить, что долг христианского пастыря – бороться с любым таким культом, будь то вырывание сердец на алтаре языческого божества или же то, о чем пойдет речь далее. Все-таки христианство вслед за самим Христом весьма ценит человеческие жизни.

Христианство поставило человека так высоко, как не ставили до него ни одна религия, ни одна философия (для которых человек, как правило, был просто «частью вселенной», не больше). Христианство объявило человека не просто «венцом творения». Не просто тем, кто «по чести выше ангелов и архангелов» (как поется в православных молитвах). И даже не просто образом Божиим. Рабами Божьими – если вы берете это выражение в контексте православного вероучения, а не в контексте антирелигиозной пропаганды – рабами Божьими называются те, кто призваны стать сынами Божиими (как писал первый русский писатель, митрополит Киевский Иларион, «через Крещение и добрые дела, как причастные Христу, сыновьями Богу становимся»). И что касается индивидуумов, каждый из нас – абсолютная ценность для Бога: достаточно вспомнить притчу о заблудшей овце (Мф. 18, 12-14) или слова о заботе Бога о каждом нашем волоске (Мф. 10, 30) (по сути, эту оценку человека впоследствии экспроприировал светский гуманизм, но уже в секуляризованном виде). Человек (с его реальными ценностями, которые исторически зафиксированы в реальной же истории, и вера в Бога – одна из самых «широко представленных» в человеческой истории ценностей) – этот реальный человек сам является настолько высокой ценностью для православия, что даже Бог сошел ради него на Землю и пострадал на Кресте. Так не оказываются ли «рабы Божьи» в куда более уважаемом и почетном положении, чем «рабы прав человека»? И может ли православие, так относясь к человеку, не уважать его реальные права и интересы?

Кулачное право

Понятие «права» практически такое же древнее, как и сама человеческая культура. И были права всегда, как ни странно, именно «правами человека» («права животных», как известно, изобретение новейшее). И никогда Церковь против этого понятия не выступала. Так что православие не против «прав человека», а против той интерпретации этого понятия (возведенного в культ), которое мы сегодня получили в контексте светского гуманизма и либеральной субкультуры. Разве не превращается право человека в этой субкультуре в «право на прихоть», в самоцель? Так что, когда мы сегодня – в т.ч. в данной статье – говорим о «правах человека», мы говорим не о незыблемых и очевидных правах каждого, а о той субкультуре и идеологии, которая под «правами» понимает бесконечное противопоставление себя – всем остальным.

Уже приходилось писать о наблюдениях за современной либеральной культурой одного из самых значительных европейских писателей, Милана Кундеры (чего стоит хотя бы глава из его «Бессмертия» под названием «Жест протеста против нарушения прав человека»). Логика многих героев Кундеры – это своеобразная пародия на раскольниковское «…или право имею?», которое сведено здесь к банальным потребительским прихотям, капризам и бесконечному инфантильному самоутверждению. Однако это не только пародия – это очень реалистичное описание того, что лицезрел сам Кундера в Европе.

Впрочем, не хочется ничего добавлять к тому, что гениально описал Кундера – как и невозможно пересказать это в рамках статьи. Здесь же в качестве примера стоит привести только одну современную догму – догму, которая так хорошо вбита в наши мозги, что ее в качестве аргумента цитируют практически все, в том числе и люди консервативных убеждений. А нелепость этой догмы поражает. Речь идет о тезисе «моя свобода махать кулаками заканчивается у вашего носа».

Скажите честно: а Вы хотите жить в мире, где каждый встречный обязательно яростно машет кулаками перед Вашим лицом – аккурат в трех-четырех миллиметрах от Вашего носа? Если эта догма будет единственным регулятором в обществе – далеко ли это общество пойдет? А ведь понимаемую в этом духе свободу современные радикальные либералы и хотят иметь в качестве единственного регулятора. Да и не общество, а даже отдельный человек – далеко ли он уйдет, если каждый встречный всегда будет молотить воздух перед его лицом? Шагнете навстречу – пеняйте на себя, сами виноваты. А если куда и сможете шагнуть, то только туда, где для вас оставят «коридор» машущие перед вашим лицом кулаками манипуляторы. Однако люди продолжают цитировать этот абсурд (фраза давно потеряла начальный свой посыл). Такова сила проповеди в этом культе…

Так либерально понимаемая «свобода» превращается в «кулачное право», фарисейски маскируемое «неприкосновенностью носа». Хотя, казалось бы, очевидно: уважение к другому человеку несовместимо с правом махать кулаком перед его носом.

Диктатура прав человека

Идеал свободы в либеральной субкультуре – это, несомненно, тот мир, который сладкоголосо воспел Джон Леннон в своей «Imagine»: «Представь, что нет стран, нет религий…». А что есть, на самом деле? Есть рынок. Глобальный рынок, ничем не сдерживаемый. О чем тактично умолчал Леннон, так это о диктатуре денежного станка, которой оборачивается этот прекрасный мир. Будет ли либертарианское общество «свободно махающих кулаками перед носом соседа» обществом «любви и цветов» – вопрос совершенно риторический. Но рекламировать диктат денежного станка невозможно: идеология требует более презентабельных идолов, во имя которых можно было бы ниспровергать различные традиционные институты человеческого общества, еще сопротивляющиеся рынку. И роль такой «цели, оправдывающей средства», роль идеала, санкционирующего что угодно, с благословения которого развязаны руки у строителей нового мира – эту роль в либеральной идеологии взяли на себя «права человека» (вслед за «бременем белого человека» и «светлым будущим» прежних идеологий).

Любая идеология обеспечивает себя репрессивными механизмами. И сегодня впору вводить словосочетание «диктатура прав человека» – по аналогии с недоброй памяти «диктатурой пролетариата». Больше всего ее, конечно, пока в «сфере смыслов». Однако «диктатура прав человека» не ограничивается идеологическими проповедями. Весь ужас этой диктатуры (как и любой другой) – в ее бесчеловечности, которая институализируется сегодня уже и на юридическом уровне. Мы помним, что оказался способен сотворить с целой нацией «самый человечный человек». Но не будем голословными: рассмотрим, почему же оказывается античеловеческой эта новая, «самая человечная из диктатур».

Философия Нового времени одним из ключевых своих терминов сделала «отчуждение» (alienation, Entfremdung). О механизмах отчуждения в обществе писали много и подробно и в рамках философии «общественного договора», и в рамках марксизма – вплоть до философский критики «общества Спектакля» Ги Дебора. Эрих Фромм в «Здоровом обществе» писал о современном человеке: «Он противостоит себе и своим собственным силам, воплощенным в созданных им вещах и отчужденным от него». Но сегодня отчужденными от человека становятся не только результаты труда или творческие силы: сегодня от человека, по сути, отчуждается сама его непосредственная индивидуальная воля, его возможность выбирать. Человек опосредован не только всепроникающей субкультурой «защиты прав человека», но уже и специальными механизмами власти. Создается «мир-прав-человека-в-себе». Это предельное, терминальное отчуждение: от лица «прав человека» (т.е. индивидуальных прав) выступают анонимные бюрократические машины, способные сделать с этим человеком – во имя его же самого – что угодно. Когда-то человек был субъектом своих прав. Теперь можно сказать, что субъектом становится лишенная конкретного человека абстракция, субъектом становятся сами «права человека» (от их имени действуют соответствующие механизмы и структуры), а человек стал их объектом, точкой приложения. «Права человека» отделились теперь от конкретных маленьких людей и ведут свое собственное существование, при сравнении с которым гоголевский «Нос» или андерсеновская «Тень» перестают выглядеть фантасмагорией.

Отчужденные от человека «права человека» сегодня постепенно превращаются в грозное и немилосердное божество. Ему уже служат целые социальные институты (и даже над-социальные и над-государственные, поскольку ювенальные структуры часто являются «государством в государстве»), эти бюрократические монстры, которые защищают права «прав человека» в их споре с живым маленьким человеком. И «права человека» всегда у маленького человека выигрывают. Как принято писать в таких случаях, «Кафка курит в сторонке».

Здесь нет необходимости иллюстрировать сказанное примерами: их легко выдаст поисковик на слова «ювенальная юстиция». Несмотря на то, что пока «все еще только начинается», достаточно уже непосредственных жертв: родителей, лишенных детей зачастую просто за «неправильное поведение» (читай – несоответствие либеральным догмам в отношении воспитания), но главное – детей, ни за что лишенных родителей. Казалось бы, любой психолог в состоянии объяснить, что отъем ребенка и помещение его в приемную семью или детдом – неизмеримо большая травма для него, чем шлепок по попе. Но когда речь идет о служении новым идеалам, о жертвах новому божеству, никто не будет мелочиться. Когда-то жернова идеологических репрессий перемалывали всех, кто попадал в них – случайно ли, мотивированно ли – во имя «светлого будущего человека». Теперь то же начинается – во имя «прав человека». И ребенок оказался идеальным случаем: тем самым случаем, когда от лица «прав человека» можно делать что угодно, не считаясь с самим человеком – просто в силу его возраста. Разрушение естественного права родителей представлять своего ребенка и делегирование его прав обезличенным институтам (практически неподконтрольным обществу) – это победа над многотысячелетней человеческой культурой. Ювенальные представители «интересов ребенка», не связанные с ним вообще ничем (ни кровью, ни интересами, ни биографией, ни чем бы то ни было еще) – это та стадия «отчуждения», которую человечество рискует не пережить.

Часть 2: Христианство против «прав»: кто прав? Часть 2

Еще по теме: Христианские корни современных прав человека и Грех и права человека